Израиль в Сирии: назревшая смена тактики

 
Принцип "Асад отвечает за все" больше не будет применяться вслепую. Израиль заявил, что не станет в дальнейшем воздерживаться от ударов по сирийским повстанцам, когда те "случайно" выпускают снаряды по его терроритории.
Израильско-сирийская граница, архивный снимок (Фото: Эфи Шрир)
 
Увеличить шрифт A A A
Со времени Войны Судного дня и до начала "арабской весны" линия прекращения огня на Голанских высотах оставалась самой спокойной границей Израиля, а Голаны - едва ли не самой безопасной частью израильской территории. С началом Первой ливанской войны (операция "Мир Галилее", 1982) ЦАХАЛ столкнулся с сирийской армией в Ливане, и во весь последующий период пребывания израильских войск на территории Ливана сирийский режим использовал против Израиля Хизбаллу, но в районе собственной границы с Израилем на Голанских высотах Сирия соблюдала условия прекращения огня самым тщательным образом. Атаковать Израиль со своей территории оба Асада, старший и младший, запрещали также и палестинским террористическим организациям. Их находившиеся в Дамаске штабы могли планировать диверсии против Израиля при условии, что таковые будут осуществляться их боевиками в ­Иудее, Самарии и Газе, но они не смели помыслить о том, чтобы направить диверсионную группу в Израиль через линию прекращения огня на Голанских высотах.

Такое положение вещей сохранялось на протяжении почти сорока лет, однако с началом в Сирии гражданской войны оно стало меняться. 15 мая 2011 года Башар Асад попытался отвести от себя негодование сирийских оппозиционеров с помощью массовой акции протеста, организованной по его указанию у линии прекращения огня на Голанах, напротив друзского поселка Мадждаль-Шамс. В этом месте сирийские друзы и прежде перекрикивались со своими родственниками, живущими на Голанских высотах, но теперь туда по случаю "дня накбы" были впервые доставлены из центральных районов Сирии многие сотни палестинцев. Поощряемые сирийскими властями, они прорвали линию пограничных ограждений и хлынули на территорию Израиля. Чтобы остановить их, солдатам ЦАХАЛа пришлось открыть огонь на поражение, в результате чего четыре нарушителя границы были убиты. 5 июня того же года, в отмечаемый арабами "день наксы" (годовщина начала Шестидневной войны 1967 года, завершившейся разгромом арабских армий), попытка прорвать израильскую границу у Мадждаль-Шамса повторилась.

Эти инциденты стали для Израиля неприятным сюрпризом, поскольку они демонстрировали готовность Башара Асада отказаться от полного соблюдения правил, определявших ситуацию в зоне израильско-сирийской границы на протяжении нескольких десятилетий. Их следствием стало решение Израиля укрепить пограничную линию ограждений на Голанах и дополнить ее новыми инженерными элементами. Но обе провокации 2011 года все же не сопровождались прямым нарушением прекращения огня с сирийской стороны.

В июле 2012 года демилитаризованная зона, примыкающая к передовой израильской линии на Голанских высотах, была захвачена силами сирийских повстанцев. Правительственная армия Асада смогла сохранить контроль лишь над малой частью приграничной полосы к северу от города Кунейтра, а сам город, расположенный возле него пограничный пропускной пункт и вся территория к югу от него до сирийско-иорданской границы оказались под контролем "Свободной сирийской армии" и джихадистского фронта «Ан-Нусра».

С тех пор в непосредственной близости от передовой израильской линии на Голанских высотах постоянно ведутся бои между правительственной армией Сирии и повстанческими группировками, причем на стороне правительственной армии в данном районе воюют отряды самообороны сирийских друзов и боевые группы Хизбаллы. Состав повстанческих сил в этом районе, как и повсюду в Сирии, носит еще более пестрый характер: наряду с сирийскими гражданами в них представлены волонтеры суннитского джихада из многих стран мира.

В первых числах ноября 2012 года Израиль впервые столкнулся с фактом "утечки огня" из зоны вооруженного конфликта в Сирии на его территорию: патрульный джип ЦАХАЛа был поврежден огнем из автоматического оружия, три минометных снаряда разорвались вблизи кибуца Алоней ха-Башан в центральной части Голанских высот, неподалеку от этого места вспыхнул лесной пожар, вызванный прилетевшими из Сирии трассирующими пулями. С тех пор инциденты подобного рода стали обычным явлением в приграничном районе.

Тактика Израиля в отношении "утечки огня" с территории Сирии долгое время строилась на принципе "от кого бы к нам ни прилетело, мы бьем в ответ по армии Асада, потому что он, как глава сирийского государства, отвечает за происходящее на его территории". Эта тактика была удобна Израилю по целому ряду причин.

Во-первых, в прошлом Израиль слишком часто сталкивался с попытками навязать ему режим конфронтации, за который никто не несет формальной ответственности. Так, правительство Ливана не хотело, чтобы его считали ответственным за направленные против Израиля действия боевиков Хизбаллы - при том что Хизбалла входила и входит, как политическая партия, в состав ливанского правительства. В первое десятилетие после Соглашений Осло Ясер Арафат, получивший под свой контроль сектор Газы и обширную территорию в Иудее и Самарии, «не мог справиться» с убивавшими израильтян террористами ХАМАСа и даже с радикалами из собственной партии, которых он недвусмысленно поощрял к совершению терактов. А еще до того, в пятидесятые годы, граничащие с Израилем арабские страны не хотели, чтобы на них лежала ответственность за действия палестинских боевиков (федаинов), атаковавших Израиль с их территории и тренировавшихся в спецлагерях под началом их офицеров.

Во всех этих случаях Израилю приходилось рано или поздно "назначить ответственного", поскольку терпеть постоянные атаки, не имея обратного адреса для ответа, ему было слишком накладно. На атаки федаинов ЦАХАЛ отвечал операциями возмездия, проводившимися в тех государствах, с территории которых в Израиль проникали диверсионные группы.

В годы, окутанные идеологическим дурманом "Осло", у Арафата было в Израиле (и в США) много радетелей, доказывавших, что он "хочет, но не может" положить конец вакханалии террора и что помочь ему в этом могут только дальнейшие территориальные и политические уступки Израиля. Данный тезис слишком долго воспринимался всерьез, но в конце концов был отброшен, и тогда силы ЦАХАЛа вступили на подконтрольную ПА территорию в Иудее и Самарии, провели основательную зачистку очагов террористической активности и стали придерживаться новой модели обеспечения безопасности, допускающей проведение рейдов в любую точку зоны А при поступлении информации об исходящей оттуда угрозе. Что же до Арафата, то он, изолированный в своей канцелярии силами ЦАХАЛа, оставался персоной нон грата в глазах израильского руководства до тех самых пор, пока не поднялся с блаженной улыбкой на трап самолета, доставившего его умирать в парижский военный госпиталь Percy de Clamart.

Так же и с Хизбаллой: попытки этой организации убедить ливанский политикум в том, что Ливан сможет наслаждаться безопасностью и экономическим ростом, пока лихие ребята Хасана Насраллы будут играть в «казаки-разбойники» на границе с Израилем, навязывая ЦАХАЛу удобные им правила игры, кончились бомбардировками Бейрута, заставившими Насраллу признать, что он не отдал бы приказ о нападении на израильский пограничный патруль в июле 2006 года, если бы ожидал от Израиля подобной реакции.
Логика «назначения ответственного» диктовала Израилю тактику, в рамках которой за Асадом признавался статус лица, обязанного гарантировать выполнение соглашения о прекращении огня и разведении войск на Голанских высотах, заключенного Израилем с Сирией в мае 1974 года.

Практические трудности, связанные для Асада с выполнением этой роли в условиях гражданской войны и фактической утраты Дамаском контроля над значительной частью территории Сирии, осознавались израильским руководством, но альтернативного способа защитить свои интересы в связи с сирийским конфликтом оно не видело.
В самом деле, при наличии в приграничной сирийской зоне множества воюющих между собой вооруженных группировок бывает невозможно установить, кем именно выпущен конкретный снаряд, взорвавшийся на израильской территории. Если бы обязательным условием израильского ответа в каждом случае было точное установление принадлежности артиллерийского орудия, миномета и пр., боевой расчет которого произвел неосторожный (или намеренный) выстрел в сторону израильской границы, Голаны давно превратились бы в постоянно обстреливаемую территорию. Принцип "за все отвечает Асад" позволял Израилю хоть как-то влиять на события, и его применение долго оставалось объективно оправданным.


Второй причиной израильского решения следовать данному принципу было то, что об Асаде можно было определенно сказать, что в сегодняшней ситуации он не ищет повода для начала войны с Израилем. Как следствие, периодически нанося удары по позициям его войск в ответ на "утечку огня", Израиль почти ничем не рисковал. Подобной ясности не было в отношении противостоящих сирийскому режиму повстанческих группировок, большинство из которых, включая доминантный в районе Голанских высот "Фронт ан-Нусра" (его новое название - "Фатах аш-Шам"), придерживается радикальной джихадистской идеологии, не оставляющей места сохранению мира с Израилем в долгосрочной перспективе.

Жесткая конфронтация с правительственной армией Сирии и союзными ей формированиями удерживает джихадистов-суннитов от немедленного начала систематических обстрелов израильской территории, но при этом Израиль может только гадать, как поведут себя отряды "Ан-Нусры" и родственные им силы, если ЦАХАЛ станет наносить удары по ним в случае "утечки огня" с их стороны.

В-третьих, избегая активных действий против сирийских повстанцев и, напротив, наказывая Асада за любые эксцессы в приграничном районе, Израиль мог рассчитывать на известные дивиденды в контексте своих отношений с Соединенными Штатами, при том что в целом его интересы в сирийском конфликте не совпадают с американскими. В связанных с этим вопросах далеко не все проговаривается публично представителями сторон, но ясности все же хватает. И как американцам понятны израильские опасения в связи с основным фенотипом воюющих против Асада сил, так и израильтянам понятно, что США покровительствуют "Ан-Нусре" де-факто, хотя и не могут пока официально включить эту группировку в реестр умеренной сирийской оппозиции.

Руководствуясь перечисленными резонами, Израиль воздерживался до последнего времени от активных действий против сирийских повстанцев. Более того, он даже оказывал (и оказывает поныне) медицинскую помощь боевикам группировок, воюющих с армией Асада у Голанских высот, и все это - ради того, чтобы создать баланс интересов, удерживающий «Ан-Нусру» и ее союзников от прямой конфронтации с Израилем.

Однако удобства избранной Израилем тактики давно уже перевешиваются ее недостатками. Эта тактика побуждает повстанцев прижиматься к границе с Израилем, размещая вблизи нее свои опорные пункты, огневые позиции и пр., поскольку данная зона воспринимается ими как обладающая определенным иммунитетом: ведь правительственные войска вынуждены вести себя там осторожнее, чем в удаленных от границы местах. Но в условиях ведущейся в Сирии войны эта осторожность не может быть синонимом полного отказа лояльных Асаду сил от нанесения ответных ударов по тем, кто обстреливает их, используя указанный выше «фактор иммунитета». Иначе говоря, чем чаще повстанческие отряды использует тактические преимущества, связанные с базированием в приграничной полосе, и чем нахальнее становится практикуемая ими тактика огня от границы, тем выше становится вероятность "утечки огня" со стороны сирийских правительственных войск и тех, кто воюет на их стороне.

Далее, найденная израильским руководством формула сосуществования с "Ан-Нусрой" имела выраженный негативный эффект для отношений Израиля с живущими на Голанских высотах друзами и даже для его отношений с друзами внутри "зеленой черты". Данный эффект обусловлен тем, что в сирийском конфликте друзы являются частью поддерживающей Асада коалиции меньшинств. Джихадистов "Ан-Нусры" они обоснованно воспринимают как своих смертельных врагов, и их собратьям в Израиле трудно оставаться равнодушными при виде тех выгод, которые извлекают повстанцы из выбранной израильским руководством линии поведения.

И наконец, главное. Любому полевому командиру "Ан-Нусры" давно стало ясно, что если его отряд безуспешно штурмует позицию правительственных войск вблизи границы с Израилем, самым удобным способом добиться перелома в сражении станет обстрел израильской территории, ведь израильские ВВС автоматически реагируют на любую "утечку огня" ударами по позициям армии Асада. В оптимальном случае обстрелять Израиль нужно из точки, дающей повод считать, что залп был произведен правительственными войсками с той самой позиции, которую атакуют мятежники.

Подобраться к ней скрытно с 82-миллиметровым минометом, весящим без двуноги и опорной плиты 19 кг (и порядка 56 кг в полном боевом снаряжении), все же значительно проще, чем захватить укрепленную позицию в честном бою. Но даже и об этом тревожиться необязательно, поскольку реакция ЦАХАЛа будет во всяком случае удобна воюющим против Асада силам.

Как следствие, мы имеем все более частые случаи "утечки огня", несомненными виновниками которых являются формирования сирийских повстанцев. Производимые Израилем в этих случаях "ответные" удары по сирийским правительственным войскам уже не дают никакого эффекта, и дело дошло до того, что ЦАХАЛ использует развернутую на Голанских высотах батарею "Железного купола" для перехвата минометных снарядов. Тактико-технические возможности данного комплекса радуют, но вопрос о долгосрочной цене подобного перехвата способен надолго испортить настроение всему персоналу минфина. А кроме цены существует и более важный вопрос о том, насколько Израиль устраивает положение вещей, при котором он регулярно оказывается объектом циничных манипуляций, производимых теми, кто в случае своего стратегического успеха неизбежно повернет против него оружие. Рассчитывать на иной вариант идеология "Ан-Нусры" не позволяет.

В конце минувшей недели Израиль наконец заявил, что ЦАХАЛ не будет в дальнейшем воздерживаться от ударов по сирийским повстанцам, когда те "случайно" выпускают снаряды по израильской территории. С публикацией этого заявления прежняя тактика поведения ЦАХАЛа в зоне, примыкающей к границе на Голанских высотах, признана исчерпавшей себя. В настоящее время трудно сказать, какой именно будет новая тактика и, в частности, как станет действовать Израиль в сомнительных ситуациях. Ясно, что она не сулит Асаду полного освобождения от ответственности. Ясно также, что Израиль будет и в дальнейшем избегать избыточной вовлеченности во внутрисирийский конфликт, в котором у него нет безусловных фаворитов. Но принцип "Асад отвечает за все" больше не будет применяться вслепую.

Впервые опубликовано в газете "Вести" 
Социальные комментарии Cackle