Миф о ''русской'' преступности: почему соврал генинспектор полиции?

 
эксклюзив
01.09.2016 16:52  Александр Коган
Заявления генинспектора полиции о "естественных" подозрениях как причине особого внимания стражей порядка к выходцам из Эфиопии вызвало бурю в Израиле. Однако большинство комментаторов не заметило, что главный полицейский соврал, оживив миф о "русской" преступности. Зачем?
Генинспектор полиции (фото Цвики Тишлера)
 
Увеличить шрифт A A A
Заявления генинспектора полиции Рони Альшейха в ответ на вопрос о полицейском насилии в отношении выходцев из Эфиопии вызвали бурю в Израиле. Напомним, что в своей речи на конференции Бюро адвокатов в начале недели Альшейх заявил, что случаи "избыточных полицейских мер" в отношении молодых представителей "эфиопской" общины объясняются естественными причинами.

Генинспектор объяснил, что это за причины: "Все без исключения криминологические исследования в мире доказывают, что иммигранты вовлечены в преступность больше, чем другие. По-моему, это не должно вызывать удивление. Это первое. Второе: всеми исследованиями в мире доказано, что молодежь вовлечена в преступность больше других, и это не должно вызывать удивление. Когда два этих фактора сочетаются, то есть создается ситуация, при которой некая община, согласно статистике вовлечена в преступность больше прочих общин – и статистика опубликована, она всем известна, – естественным образом, когда полицейский встречает подозреваемого, его (полицейского – ред.) мозг естественным образом подозревает его (подозреваемого – ред.) сильнее, чем если бы он был кем-то другим. Это естественно".

"Так в Израиле обстояло дело с каждой волной алии, и это тоже ни для кого не секрет", - заявил главный полицейский, добавив, что полицейские, сталкиваясь с репатриантами "проявляют больше подозрительности". То есть, если вернуться к сути вопроса, заданного Альшейху, подозрительность кончается полицейским насилием.

На следующий день генинспектор, после начавшихся акций протеста со стороны выходцев из Эфиопии, пытаясь оправдаться, заявил вторично, что проблема c повышенным уровнем преступности характерна для абсолютно всех всех волн репатриации в Израиле. "Многие забыли, через что мы прошли с йеменцами, через что мы прошли с русскими, с марокканцами и кавказцами", - заявил Альшейх.

Мало кто заметил, что генинспектор полиции дважды солгал, оживив старый миф о "русской преступности", бытовавший в Израиле долгие годы, несмотря не только на отсутствие каких-либо статистических подтверждений, но и на исследования, указывавшие, что речь идет о стереотипе. На основании этого мифа в течение двадцати лет полиция тратила десятки миллионов шекелей на поиски "русской мафии", десятки офицеров получали продвижение по службе, новые чины и становились "экспертами" по несуществующему явлению.

Возможно, начальник полиции просто не знал о существовании одного из наиболее масштабных исследований криминала в Израиле — опубликованной в 2009 году работы профессоров Арье Ратнера и Гидеона Фишмана, проведенной под эгидой министерства науки. Они проанализировали данные о насилии и преступности в стране; согласно их отчету, касающемуся периода 1980-2007 года, выходцы из бывшего СССР абсолютно не укладываются в схему, по которой репатрианты непременно совершают больше преступлений чем старожилы.

В 1991-1993 годах, в начале Большой алии показатели наоборот были ниже — репатрианты из бывшего СССР совершали ощутимо меньше преступлений, чем уроженцы страны. В первой половине 90-х представительство алии из бывшего СССР среди совершающих "неэкономические" преступления было непропорционально низким по сравнению с их тогдашней доле в населении страны. К началу 2000-ых доля "русских" среди общего числа преступлений "подросла" до их доли во взрослом населении. С репатриантами же из Эфиопии ситуация действительно была радикально иной. С самого начала процент совершающих преступления выходцев из этой страны был в два раза выше, чем их доля в населении страны. То есть поведение двух групп репатриантов было абсолютно разным.

Возможно, Альшейх чесал "русскую" преступность под общую гребенку, не зная про исследование Ратнера и Фишмана. Однако у него имеется служебная статистика, которой он тоже не поинтересовался. Так, например, в 2009 году министерство внутренней безопасности, опираясь на данные полиции, сообщило, что выходцы из бывшего СССР совершают меньше преступлений, чем среднестатистический израильтянин. Также и преступлений с применением насилия "русские" совершают меньше, чем другие группы населения. Однако, по мнению Альшейха, "всем известно" нечто совсем иное...

В июле 2015 года начальник отдела расследований, бригадный генерал полиции Ури Махлуф заявил в Кнессете в присуствии министра внутренней безопасности Гилада Эрдана, что уровень преступности среди русскоязычных репатриантов и их детей очень невысок и соответствует их проценту среди общего населения страны (13%). При этом он отметил, что уровень преступности среди несовершеннолетних русскоязычных репатриантов и сабров за последние 3 года стал ощутимо ниже, упав до 10% (ранее он превышал 17%). По мнению Махлуфа, это свидетельствует о высоком уровне воспитания, которые получают дети в "русских" семьях. При этом число арестов русскоязычных граждан страны составляет только 9% из всех арестов израильтян, то есть он ниже процента выходцев из бывшего СССР среди всего населения. Это означает, что тяжких преступлений "русские" совершают ощутимо меньше, чем среднестатистический израильтянин.

Почему, несмотря на наличие всех этих данных, глава полиции решил дважды оболгать репатриантов из бывшего СССР и возродить миф о "русской преступности" - непонятно. Хотелось бы, чтобы представители русскоязычных израильтян в Кнессете официально задали этот вопрос генинспектору Альшейху. Попросив его при этом рассказать, почему русскоязычные репатрианты, не будучи, в отличие от выходцев из Эфиопии, "статистически" более склонными к преступности, подвергаются неоправданному насилию со стороны стражей порядка.

Неужели этому способствует невежество главного полицейского?
Социальные комментарии Cackle

 

РЛО