Суд устал от забастовки: репатрианта оправдали в деле о "нападении на полицейских"

эксклюзив
11.04.2016 08:15  Александр Коган
10 апреля мировой суд в Хайфе признал А.А. - репатрианта из бывшего СССР, невиновным в нападении на полицейских, хотя, по утверждению обвиняемого, все было наоборот: не он напал на полицейских, а они избили его. МАХАШ отказался проверять жалобу репатрианта.
Иллюсстрация Thinkstock
 
Увеличить шрифт A A A
10 апреля мировой суд в Хайфе признал А. А. - репатрианта из бывшего СССР, невиновным в нападении на полицейских, хотя, по утверждению обвиняемого, все было наоборот: не он напал на полицейских, а они избили его. Суду надоело ждать бастующих представителей прокуратуры, которые дважды не являлись на заседания суда. В случае неявки обвинителя на процесс, закон позволяет суду либо отложить заседание, либо отклонить обвинение. Но по факту суды не торопятся отклонять обвинительные акты и с начала прокурорской забастовки это видимо первое решение, в котором суд предпочел отменить обвинение.

Дело вел адвокат Игорь Глидер, который отметил в беседе с порталом IzRus, что убедить суд отменить обвинительный акт, а не перенести заседание - задача крайне сложная. "С одной стороны, общественный интерес требует слушания уголовного дела, общество, по мнению Верховного суда, не может смириться с тем, что потенциальные виновные останутся без наказания только потому, что прокуроры вышли на забастовку, хотя она является их правом. С другой стороны, каждый день забастовки это сотни отмененных, несостоявшихся судебных заседаний, тысячи человекочасов. Забастовка длится уже не первую неделю, но до сих пор ни одно обвинение не было отменено. Вывод напрашивается сам собой: судьи предпочитают слушание дела, чем предоставлять обвиняемым "технические" победы. Но в этом деле удалось уговорить суд поступить иначе и дело не только в забастовке и неявке прокурора", - отметил Глидер.

В деле А.А. обвиняемый утверждал, что все было с точность до наоборот: не он напал на полицейских, а они избили его. И если на руках у полицейских были "невнятные" справки от полицейского врача, то многочисленные побои, нанесенные обвиняемому, зафиксировал приемный покой больницы, куда его доставили сразу после ареста.

"Несмотря на то, что мы немедленно от имени обвиняемого подали жалобу на полицейское насилие в МАХАШ – отдел Минюста по борьбе с преступлениями, совершаемыми полицейскими, жалоба сразу была закрыта, расследование начато не было, и ни один из полицейских не был вызван на допрос. У обвиняемого было множество дополнительных заявлений против действий, как полицейских, так и против самого факта выдвижения обвинения. В связи с чем, просьбу о снятии обвинений мы подали еще за полгода до забастовки. Тогда суд постановил, что все ходатайства будут рассмотрены после заслушивания свидетелей. Но сейчас, видимо, ситуация поменялась и количество системных "безобразий" перевалило за критическую массу и суд решил снять обвинения и оправдать обвиняемого", - подчеркнул юрист.

Он отметил, что ситуация с забастовкой прокуроров, мягко говоря, не стандартная. Прежде всего, когда бастуют госслужащие, то страдает от этого общество, обычные граждане, которым забастовщики не оказывают предписанных услуг, но не страдает тот, против кого направлена забастовка, то есть - работодатель. В такой ситуации обеим сторонам конфликта некуда торопиться, а гражданам некуда обращаться, и из-за этого забастовки госслужащих зачастую принимают крайне затяжной характер.

"В тот момент, когда государство решает забастовку прекратить – оно обращается в суд. Но только не тогда, когда забастовщики это адвокаты. Прокуроры бастуют, и от имени государства в суд с требованием прекратить забастовку, обращаться просто некому.
Мне кажется, что единственный способ заставить стороны начать активные переговоры – это перестать откладывать заседания, перестать минимизировать ущербы за счет граждан, времени судов и так далее. Необходимо действовать четко по правилам: сторона не явилась в суд – она проиграла. И если это приведет к тяжелым последствиям, то за это придется кому-то ответить, причем лично", - подчеркнул адвокат Игорь Глидер.
Социальные комментарии Cackle

 

суд