Главный ученый: "русского" гетто нет, но община есть

эксклюзив
17.07.2015 09:15  
Портал IzRus публикует выдержки из выступления профессора Зеэва Ханина на круглом столе, посвященном феномену "русской" общины в Израиле. Она никуда не делась и не денется, а также отнюдь не превратится в "гетто".
Профессор Зеэв Ханин (фото из личного архива)
 
Увеличить шрифт A A A
Портал IzRus публикует выдержки из выступления профессора Зеэва Ханина на круглом столе, посвященном феномену "русской" общины Израиля, который прошел 15 июля под эгидой муниципалитета Тель-Авива - Яффо. Ханин, Главный ученый министерства алии и абсорбции, высказался по поводу мифа об исчезновении этой общины, который вновь начал педалироваться в последнее время.

"На протяжении 25 лет в Израиле идет академическая и публичная дискуссия, в какой мере общность "русских евреев в Израиле" соответствует классическим структурным общинным признакам. Некоторые исследователи, подобно профессору Эли Лешему, полагают, что пик организационной активности этой общины был уже пройден в самом конце 90-х годов. И потому нынешняя ситуация есть не столько стадия на пути формирования "классической" общины, сколько ведет к исчезновению этой общины через одно или два поколения. Это, как можно заметить, пока не находит подтверждения, что заставляет других исследователей полагать, что речь по-прежнему идет о долгосрочном феномене.

Как бы то ни было, на сегодняшний день существование местной "русской" общины, в том или ином ее понимании, является фактом. Ее контуры образуют: лидерские группы, представленные во всех сферах общественной, политической и экономической жизни страны; многочисленные институты, оказывающие специфические услуги и воспроизводящие структуры общинной идентификации; развернутая система формальных и неформальных связей и отношений.

Многокультурное израильское общество и его культурный и политический истеблишмент сравнительно спокойно отнеслись к появлению в стране "русской" субкультуры. У нее есть несколько параметров, которые нужно упомянуть.

В первую очередь - численность: за прошедшие четверть века, по май этого года, в Израиль прибыло около 1 млн. 37 тыс. бывших советских евреев и членов их семей. С учетом рождаемости, смертности и эмиграции из страны, "русскоязычная" община Израиля в середине 2015 года составляла порядка 990,000 человек. И это не считая тех из репатриантов, прибывших из СССР 70-х годов прошлого века, по нашим оценкам, порядка 35-40 тыс. человек, которые так же считают себя частью русскоязычной общины и тех, кто родились в бывшем СССР, но репатриировались в Израиль из третьих стран, и потому не учитываются официальной статистикой как "русскоязычные" израильтяне. То есть речь идет о том же миллионе.

Во-вторых, есть определенная территориальная локализация - существенная часть новых репатриантов сконцентрирована в сравнительно немногих израильских городах, где они представлены крупными по численности общинами (от 40 тысяч до более 60,000 человек), или в тех десяти городах, где доля русскоязычных репатриантов в населении превышает треть. Исследования последних лет показывают, что основная масса репатриантов из СССР и СНГ последней волны многие годы продолжают жить более-менее в том же районе, где они поселились сразу после приезда в Израиль. Показательно, что главным критерием первоначального выбора была (и часто остается) "близость к родственникам и друзьям", причем подавляющее большинство из них утверждает, что и сегодня они удовлетворены своим выбором.

Третья деталь - это социальные сети, не в понятии "онлайн". Согласно опросу института "Мутагим", лишь треть респондентов отмечают, что среди близких им людей есть те, кто находится в семейных отношениях с теми, кто не родился в бывшем СССР. Другое исследование показывает, что как минимум четверо из пяти ближайших друзей русскоязычных репатриантов являются репатриантами или детьми выходцев из бывшего СССР. Причем, среди молодежи в возрасте 18-28 лет этот показатель достигает 3.6 единиц из пяти.

При этом, нет никаких оснований утверждать, что речь идет о формировании полуторного и второго поколений "русского гетто". Как показывает несколько опросов, проведенных за последние годы, доля молодых респондентов, активно вовлеченных в социальные связи с коренными израильтянами и репатриантами "нерусского" происхождения составила около 60%, что вдвое выше, чем в среднем по выборке, и вчетверо выше, чем среди репатриантов старших возрастов.

Еще одним общинно-образующим фактором является язык. Половина репатриантов общается только на русском языке дома, и еще четверть - в основном на русском и немного на иврите. На работе же ситуация иная - 9% общаются только на русском, 17% - в основном на русском и немного на иврите. Также идет формирование устойчивого русско-ивритского двуязычия не только у молодых репатриантов, сравнительно недавно прибывших в страну, но и у полуторного поколения, репатриировавшихся в дошкольном и раннем школьном возрасте. При этом, степень владения этими учениками русским языком различна, и для подавляющего большинства из них русский является уже не столько родным языком, сколько языком их культурного наследия. Русский язык, как у молодежи, так и у взрослых выходцев из бывшего СССР в Израиле существенно отличается от русского языка россиян. Это является примером не столько "русского универсализма", сколько внешним признаком феномена интеграции без аккультурации в израильское общество.

Еще один индикатор указанных культурно-языковых тенденций – вовлеченность выходцев из бывшего СССР в русскоязычную информационную среду, включая израильские и зарубежные СМИ на русском языке. Суммируя данные опросов последних лет, постоянная или "приходящая" аудитория всех русскоязычных СМИ в Израиле составляет почти три четверти выходцев из бывшего СССР в возрасте 18 лет и старше. То есть, порядка 645 тыс. человек.

Также община сформировала широкую инфраструктуру "самопомощи" - институты и системы социальных связей в сферах культуры, образования, профессиональной ориентации и социального обеспечения, а также "русский" бизнес-сектор. Структуры "самопомощи" были лишь одним из кластеров институциональной, социальной и экономической инфраструктуры "русской" общины в Израиле, которая формировалась под влиянием трех основных структурообразующих факторов. Это организации и проекты, инициированные израильским истеблишментом (государственными органами, Сохнутом, профсоюзами, общенациональными партиями и т.д.) с целью социальной, экономической, культурной и политической абсорбции репатриантов. Далее, собственно репатриантские общественно-культурные и социально-политические инициативы. Наконец, учреждения и структуры, инициированные и/или созданные при поддержке "внешних" сил, как еврейской диаспоры, так и зарубежных правительственных и неправительственных организаций".

Более подробное изложение параметров "русской субкультуры" и анализ структуры русскоязычной общины израиля будет представлен в новом издании книги Зеэва Ханина, "Третий Израиль": русскоязычная община и политические процессы в еврейском государстве в начале 21-го века" которая готовится к выходу в издательстве "Гешарим"

Что такое Концепция "Русского Израиля"?

 

интеграция